Еще раз о Татьяне Котляр

8 апреля я ездил в Обнинск к Татьяне Котляр, руководителю Калужского отделения ООД "За права человека", по ее приглашению.

Начну свой рассказ по порядку.

На фасаде пятиэтажного жилого дома в Обнинске по ул. Лейпунского, д. 2, где расположен офис Татьяны Котляр, установлена — и это, по-моему, знаменательное совпадение! — памятная доска и бюст знаменитого биолога и свободолюбца Тимофеева-Ресовского, который в этом доме жил (читатели помнят написанную о нем писателем Даниилом Граниным книгу "Зубр", которой зачитывались!), а у другого угла на фасаде этого же дома находится памятная доска, сообщающая, что улица названа в честь членкора АН СССР физика Лейпунского, одного из отцов-основателей и руководителя физического института, который и принес городу Обнинску мировую славу создателя реакторов атомных станций. Но атом здесь был не только "мирный" — реакторы для атомных подводных лодок тоже создавались в Обнинске, и здесь же проходили обучение их экипажи.

Пишу об этом потому, что то, что я увидел и услышал вчера в офисе у Татьяны Котляр в знаменитом наукограде, я не видел и не слышал никогда и нигде, хотя и прожил уже почти 68 лет. Но прожил их, судя по всему, чересчур благополучно. И нашей страны и жизни большой части народа я, видимо, не знаю и не представляю.

В коридорчике перед дверью, через стекло которой было видно сидящую в кабинете за столом напротив двери Татьяну Михайловну, ждали человек 10-15 разного возраста, разных национальностей. Среди ожидающих были: мама с грудным ребенком, мама с маленькой девочкой и еще одним совсем маленьким ребенком в колясочке, молодой мужчина с симпатичным с тонким, болезненным мальчиком лет 6-7, взрослые пары — мужья с женами, была взрослая дочь с матерью. Некоторые ожидающие приема люди заглядывали в кабинет через дверное стекло, другие смело входили и, записавшись в очередь, выходили и ожидали своей очереди дальше. Людей с детьми в кабинет вызывали без очереди. Через дверное стекло было видно, что в комнате находятся по делу не один и не два, а несколько человек одновременно.

Набравшись храбрости, я вошел без очереди, поздоровался с Татьяной Михайловной, по ее предложению повесил на вешалку верхнюю одежду и, сказав, что хочу посидеть и посмотреть, как идет прием, поискал глазами, куда сесть. Сбоку и несколько позади ее стола, на мое счастье, у стены между шкафом и еще одним пустым столиком был втиснут стул, на который я сел, после чего затих и просидел часа полтора, не обращаясь ни к кому. В знак приветствия мне кивнула сидящая за столом напротив помощница Котляр, молодая девушка, которую, как я вскоре услышал, зовут Айша (если кто не помнит — так звали самую любимую 18-летнюю жену пророка Мухаммеда, так что я желаю Айше не только успеха в работе, но и счастья в личном плане).

Затих я не только чтобы не мешать, но и потому что прием посетителей Татьяной Михайловной меня и ошеломил и восхитил.

Уверен, всех читателей увиденное и услышанное в офисе Котляр ошеломило бы, как и меня, РАЗИТЕЛЬНОЙ РАЗНИЦЕЙ В ОБРАЩЕНИИ, которое люди встречают у нее и в органах УФМС и других социальных службах, и РАЗИТЕЛЬНЫМ СХОДСТВОМ проблем, с которыми люди обращаются к ней и в органы государственной власти и различные социальные службы.

Сначала я пытался записывать в блокнот, что вижу и слышу, но понял, что не успеваю писать, и потому просто наблюдал за людьми — кто и с какими проблемами и просьбами и вопросами обращается к Котляр в "Лучшем городе Земли" (эти слова написаны на эмблеме Обнинска при въезде в город с Калужского шоссе).

Видимо, Обнинск уникальный город не только потому, что здесь был создан "мирный атом", о чем подробно и интересно рассказывается в городском музее, но и потому, что в нем принимает нуждающихся в помощи посетителей Т.М. Котляр (некоторые приезжают из Калуги и других мест Калужской области и даже из Москвы) и из-за того, как она это делает.

Сидя в ее офисе-кабинете, я увидел НЕБЛАГОПОЛУЧНУЮ, УГНЕТАЕМУЮ, НО НЕ ТЕРЯЮЩУЮ НАДЕЖД И ВОЛИ К ЖИЗНИ ЧАСТЬ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА — переселенцев и трудовых мигрантов, приехавших в Калужскую область из Омска, из Украины (из районов, где идет война), из Узбекистана, из Туркмении и т.д. В комнату при мне входили женщины и мужчины — светлые и смуглые, молодые и пожилые. Русские, украинцы, цыгане, грузин, туркменка, чета армян. Многие приехали в Россию по программе российской господдержки. Многие приехали получить убежище. Многие — чтобы заработать. И все в надежде на лучшую жизнь. У большинства уже есть российские паспорта.

Те, кто еще его не получил и приехал не на временные заработки, хотят получить российское гражданство и остаться в России. Все без исключения хотят легально работать и легально зарабатывать на жизнь, легально растить детей, легально их лечить и учить, легально получать пенсии и социальные пособия и медпомощь, рожать детей.

ДЛЯ ЭТОГО ВСЕМ трудовым мигрантам и беженцам, находящимся в Калужской области — а это очень большое число людей, — ПРЕЖДЕ ВСЕГО ДРУГОГО НУЖНА ВРЕМЕННАЯ ИЛИ ПОСТОЯННАЯ РЕГИСТРАЦИЯ в какой-то квартире и в каком-то доме в Калужской области.

Получить эту временную регистрацию на съемной квартире беженцам и трудовым мигрантам почти невозможно. Получить ее у хозяев жилья и в органах УФМС сегодня тоже ОЧЕНЬ СЛОЖНО, почти невозможно (хотя, как говорил позже один свидетель в суде, через посредников и за существенные деньги это легко сделать И ЧТО СЕГОДНЯ ЭТО ОГРОМНЫЙ черный рынок).

Очень жалею, что не мог снять и не могу показать прием посетителей Татьяной Котляр в записи на видеокамеру. Всех, кто на моих глазах к ней обращался, она первым делом спрашивала, что им надо, и выясняла и спрашивала, какие документы у них уже есть, затем интересовалась, чего они хотят добиться, и затем абсолютно четко, точно, иногда на минуту-две задумавшись, говорила каждому, что из того, что они хотят сделать, возможно или невозможно и почему невозможно и диктовала каждому алгоритм необходимых действий — будь то семья цыган с пятью детьми, живущая в Калуге, зарегистрированная в другом месте и желающая получать в Калуге пособия на детей, будь то туркменка с грудным ребенком, живущая в Обнинске, кажется, без российского паспорта, чей муж с российским паспортом почему-то живет в Питере, и нуждающаяся в пособии на ребенка, будь то мама, не могущая получить регистрацию и приехавшая из Украины жить в Обнинске к живущей в России совершенно легально дочке, будь то седой и еще крепкий мужчина из Омска, приехавший на заработки, у которого кончается временная регистрация, будь то пара солидных и волнующихся армян, будь то выросший в Грузии, живший в Украине и переехавший в Россию вместе с мальчиком лет 6 молодой мужчина — не буду пересказывать их проблемы. Больше всего меня поразило, что когда после расспросов оказывалось, что человеку для решения других совершенно законных и нормальных проблем прежде всего нужен документ о временной регистрации (собственники квартир, которые снимают люди, во временной регистрации им часто отказывают), Котляр, ни секунды не задумываясь, говорила: "Вот вам визитка с моим телефоном, позвоните мне во вторник вечером. Если меня не вызовут в среду в суд, то я в среду вместе с вами пойду в УФМС и зарегистрирую вас в моей квартире, разумеется бесплатно". Люди благодарили и уходили. Ручей посетителей тек непрерывно.

Посмотрев на происходившее в течение полутора часов, я ушел подумать об увиденном и перекусить взятым из дома завтраком. Без двадцати три Т.М. Котляр закончила прием посетителей и вместе с мужем и подъехавшим адвокатом, несколькими друзьями и девушкой-исследовательницей из США направилась к пятнадцати часам в мировой суд (участок 17), где прокуратура Обнинска ведет против нее уголовное дело, обвиняя в фиктивной временной регистрации в своей квартире нескольких сот беженцев и трудовых мигрантов из иностранных государств и из России. Регистрации, как это известно прокуратуре и суду, безвозмездной, но вместе с тем фиктивной (Котляр это признает). И, о чем говорит в суде Котляр, фиктивной регистрации, вынужденной для нее и для людей действиями УФМС и обстоятельствами, в которых люди оказались, т.к. помочь людям другим способом у нее, Котляр, не было возможности. В общем, это старый казус — поступать с людьми по закону или поступать по совести, если закон не решает и ухудшает положение людей?

В суде, куда мы приехали (пр. Ленина, 214, двухэтажное здание во дворе), сегодня прокурор около трех часов зачитывал списки людей, которых УФМС Калужской области в начале 2018 года лишило временной и фиктивной регистрации в квартире Котляр. Когда я спросил у нее в перерыве: "Что же теперь этим людям делать?" — она спокойно мне ответила, что УФМС выпускает такие распоряжения примерно раз в полгода и что ничего страшного нет, так как она снова регистрирует в своей квартире тех из упомянутых в этих распоряжениях беженцев и мигрантов, кому это необходимо. Потом в суде были допрошены три свидетеля защиты: армянка с грудным ребенком, рассказавшая, что они с мужем снимают квартиру, но хозяева их не регистрируют, поэтому в первый раз она пришла к Котляр за регистрацией, чтобы попасть бесплатно в роддом, куда без регистрации ее не брали, и что Котляр зарегистрировала в своей квартире не только ее, но и ее мужа и троих их детей, а сейчас обещает зарегистрировать и четвертого, только что родившегося. Еще один свидетель — немного смущавшийся крымский татарин, переехавший в Россию из Узбекистана в поисках убежища. И наконец, мужчина из Донбасса, спасавшийся от войны. Их обоих Котляр также временно зарегистрировала в своей квартире, чтобы они могли начать нормальную жизнь.

Повторю главное. В калужском отделении Движения "За права человека" я своими глазами увидел разительную разницу в обращении с посетителями руководителя отделения Т. Котляр с тем, что люди рассказывают, как их принимают в УФМС, и разительное сходство проблем, с которыми люди обращаются к Т.М. Котляр и в органы государственной власти. Увидел очень много находящихся в трудном положении, неблагополучных, но не потерявших воли к жизни и борющихся людей, которые хотят жить в России легально. В суде увидел отрабатывающего номер помощника прокурора. Наконец, увидел на скамье подсудимых человека, с которым был знаком уже лет 20, но только СЕГОДНЯ увидел и понял, что этот человек делает и как работает. Полагаю, что мир нуждается в справедливости и что Т.М. Котляр осуществляет то, что, наверное, должно было бы делать, но не делает российское государство.

Суд над Котляр подходит к концу. Сложившееся с беженцами и трудовыми мигрантами положение имеет значимость для всего общества (хотя выражение и затерто, но в данном случае оно правильно и уместно). Надеюсь, что на прения, последнее слово и на приговор суда по делу Т.М. Котляр, которая столь самоотверженно и столь необычным способом помогает беженцам и трудовыми мигрантам, в Обнинск поедут и напишут об этом журналисты, для которых важны не громкие имена, а необычайные дела и настоящие ценности.

Ну а кроме того, Т.М. Котляр очень надеется на нормализацию положения в сфере приема в России беженцев и временных трудовых мигрантов и публично обратилась к уполномоченному по правам человека РФ г-же Москальковой, описав проблему и предложив ее решение.

Юрий Самодуров